+7 916 322 20 34

Полатовская Евгения 

НИКОЛАЙ БУРТОВ: «ЖИВОПИСЬ – ЭТО МОЯ ЖИЗНЬ»

Никто и никогда не сможет объяснить, почему однажды человек решает стать художником и почему всю дальнейшую жизнь он уверен, что другого пути быть не может. Так случилось с Заслуженным художником России Николаем Владимировичем Буртовым.

Николай Буртов родился в 1956 году в семье, не имеющей никакого отношения к искусству, и неизвестно, как сложилась бы его судьба, если бы не случай: сосед дядя Костя, художник-оформитель, подарил альбом сказок с иллюстрациями А.Васнецова. Тогда увиденные картинки были восприняты Николаем как чудо, как окно в другой мир. Пожалуй, именно с этого момента кисти и краски стали его верными друзьями. Привозя маленького Николая в гости к бабушке, в деревню под Ельцом, родители оставляли ему краски. Жизнь в деревне для городского мальчишки была наполнена каждодневными открытиями. Замысловато сплетенные елецкие кружева, украшенные резьбой оконные ставни, сказки на ночь при лучине – все это повлияло на формирование восприятия Николаем своей родины.

Символично, что первые свои зарисовки Николай начинает делать, увидев однажды крестный  ход  в деревне. Дальше были занятия в изокружке в школе, в детской студии при доме культуры в Подольске, где он и получает первые художественные навыки.

        В жизни Николая было несколько человек, оказавших значительное влияние на его творчество. Один из первых – В.А. Лашин, преподаватель студии, у которого в разное время учились многие будущие художники. Виктор Алексеевич был педагогом, которого все боготворили, именно он открыл молодым дарованиям дорогу в мир искусства. Чуть позже, в конце 1970-х годов, Николай поступает в Училище памяти 1905 года. Став студентом, Буртов приходит в мастерскую к замечательному педагогу Юрию Георгиевичу Седову, сыгравшему большую роль в его становлении, так как учил не только профессии, пониманию искусства, но и делился житейской мудростью. Буртов говорит, что «он помогал разбудить личность художника, постичь философию искусства, определить свою гражданскую позицию». В Училище памяти 1905 года Седов был «глыбой», на него все равнялись. Учил он в первую очередь тому, что «необходимо ставить себе задачу, перед тем как начинать творить». Юрий Георгиевич водил студентов в запасник ГМИИ им. А.С. Пушкина, где показывал альбомы с рисунками и гравюрами, открыл своим подопечным мир Гольбейна, Боннара, Рубенса, Ходлера, Рембрандта, который стал для Буртова своего рода точкой отсчета в живописи.

    Осознавая, что без преемственности традиций, без познания мировой истории искусства, самообразования и постоянной работы живописцу невозможно состояться, Буртов изучает все художественные процессы, происходящие в России и Европе. Со второй половины 1980-х годов Буртов успешно участвует в творческой жизни России: его принимают в молодежное объединение Союза художников СССР, затем – в Союз художников России. Пленэры, творческие поездки, первые выставки, проба себя в разных жанрах и техниках – все это необходимо для выбора собственного пути в искусстве.Н. Буртов, север в живописи, пейзаж

Ранний период творчества Николая Буртова пришелся на конец 1980-х – начало 1990-х годов. Это было переломное время, когда в прошлое уходила эра социалистического реализма, когда «сложно было просто оставаться в искусстве». Менялось отношение ко многому, в том числе к искусству. Однако и в это нелегкое время Николай Буртов считал, что художник – в первую очередь «человек, полностью отдающийся работе». Лишь внутренняя убежденность в правильности своего выбора, осознание того, что выжить и стать большим художником возможно лишь при наличии внутренней свободы, помогли Буртову остаться в профессии.

Как известно, переломные моменты в жизни страны почти всегда получают конкретное отражение в искусстве. Не случайно в это время у Николая появляются работы социальной направленности: триптихи «Оркестр наш духовой», «Свадьба», произведения «На работу», «Праздники». Некоторые из них были показаны на Всесоюзной молодежной выставке в Манеже, отмечены в программе «Время», закуплены Министерством культуры и дирекцией выставок. Темная напряженная цветовая гамма, более плотная живопись – так с помощью красок Николай Буртов в ранних работах, наполненных внутренним драматизмом, передает свое острое восприятие действительности. Здесь нет ощущения свободы пространства – кажется, что на этих полотнах сконцентрированы все переживания, сокровенные мысли удожника о жизненных коллизиях.

Постепенно Буртов понимает, что истинным его призванием является пейзажная живопись. И хотя жанр и пейзаж тесно переплетаются в его полотнах, 

Буртов, городской пейзаж, Москва, площадь Белорусского вокзала

жанровые элементы лишь дополняют общую панораму. «Ферапонтово» (1988), «Площадь Белорусского вокзала» (1989), «Осень в Переславле-Залесском» (1992), «Дождливый день в Москве» (1993) – примеры того, что главной темой в творчестве Николая Буртова становится Россия. Даже многочисленные поездки по миру (Италия, Куба, Франция, Китай, Австрия, Индия и т.д.) лишь способствуют усилению чувства национального самосознания и пониманию истории страны. Стоит отметить, что, приезжая в дальние города, Николай Владимирович не просто запечатлевает на холсте красивые виды, фрагменты больших панорам – ему важно уловить состояние природы, сиюминутное состояние данного места. Будь то «Гавана. Старый город» (2001) или «Монастырь. Бали» (2008), «Полдень в Венеции» (2008) или «Паломники Индии» (2009), «В Париже утро» (2009) или «Черногория» (2010), «Вена просыпается» (2010) или «Итальянский дворик» (2011) – в каждой работе есть ощущение жизненной изменчивости, особая атмосфера, созданная вибрацией цвета и неровной фактурой живописного полотна. Широкая манера письма, пастозный мазок, богатство цветовых нюансов, отсутствие предметной точности и строгой законченности в произведении – все рождает чувство, что образы картин появляются сами собой, легко и свободно.

Если города Европы мастер ощущает через их настроение и цвет (Париж – туманно-серый, Венеция – «легкий вздох», Куба – суровая и лаконичная), то 

Буртов, городской пейзаж, реалистическая живопись, Гавана

Россия осознается Буртовым через ее историю, "часто через боль", как родной человек, которого принимаешь в любом настроении и состоянии. Именно поэтому работы из серии «Москва»: «Москва. Улица Пятницкая» (2002), «Кузнецкий мост» (2004), «Летний день в Москве» (2006), «Солнечное утро» (2008), «У стен Кремля» (2011), «Накануне Рождества» (2012) – наполнены приглушенными мягкими тональными переходами, особым дыханием и звучанием города в разное время года и разное время суток. Люди, машины кажутся уже не столь значительными. Интегрированные в архитектурное пространство города, они словно растворяются в масштабах многовековой истории, где дома и улицы являются невольными свидетелями времени. В своих городских пейзажах Буртов запечатлевает каждый уголок столицы с ее архитектурными шедеврами, улицами, площадями, неповторимой атмосферой.

Николай Буртов – один из немного художников, кто работает с натуры. Словно боясь пропустить что-то важное, он никогда не переписывает картины, не дописывает их в мастерской – «легче начать заново». В работах художника всегда подспудно выражено его собственное понимание искусства и стремление поделиться своими размышлениями. Важно, чтобы созданный пейзажный образ рождал у зрителя ощущение сопричастности окружающему миру. Поэтому особое место в творчестве Николая Буртова занимает серия «Провинция». Произведения «Выпал снег» (2005), «Пошли дожди» (2006), «Покров»(2007), «Весна в Тутаеве» (2008), «Теплый день» (2009), «Февральский мороз» (2010), «В К

Буртов, провинция, деревенский пейзаж, дождь в живописи

оломне вечер» (2011), «Морозный день в деревне» (2012), как и многие другие, – не просто история русских провинциальных городов, это живописная летопись России. Почти во всех пейзажах присутствует архитектура старых городов и есть человек, руками которого построены  храмы и дома. Издавна  понятие дома было сопряжено с понятием традиции и символизировало место, связанное с землей и памятью предков. Именно поэтому дом является для мастера «частью истории, своего рода портретом времени» – «Старый дом» (1990), «Дождь в Торжке» (1998), «Цветут мальвы» (2008), «Старый дом в Тутаеве» (2009), «Немало повидавший» (2011). Для живописца дом – олицетворение России, «то единственное, что остается, когда  люди уходят».

Постепенно драматизм раннего периода творчества Н.В. Буртова сменился более мягкими лирическими мотивами, живопись обогатилась новыми приемами. Пейзаж, получивший новое развитие с 2000-х годов, стал основным жанром в творчестве художника. В последнее время меняется отношение Николая Владимировича к натюрморту, который осмысливается как «жизнь» во всех ее проявлениях. В работах «Черешня и пионы» (2004), «Майским утром» (2007),
«Вечер в саду» (2010), «Осенний вечер» (2011)  художник словно стремится расширить границы натюрморта, Так, почти неотъемлемыми атрибутами становятся чайные сервизы, самовары, вазы, скатерти– все, что напоминает о незримом присутствии человека. Внутренняя объединенность всех предметов, передача  настроения каждого времени года и разного времени суток,  сочная цветовая палитра выражают восприятие художником жизни,  понимание ее мимолетности и красоты.  

Стоит отметить, что художественное мировоззрение художника изначально формировалось последовательно, без резких переходов от одного стиля к другому. Его 

Буртов, натюрморт, цветы, пионы, живопись

живописная система подчиняется лишь внутренним законам и не подвержена никакому влиянию извне. И в данной системе координат главенствующую роль играет понимание функции цвета. Новые задачи, которые ставит перед собой Николай Буртов, рождают иное понимание цветовой гармонии. Шарден говорил о том, что художники «пользуются красками, но пишут чувствами». Для Буртова «цвет – это живопись, настроение, состояние души. Это все». То, без чего невозможно передать неуловимую изменчивость природы, создать сложную вибрирующую игру светотени. Живописец верен «определенным законам цветовых контрастов, когда общее цветовое настроение строится на контрастах теплого и холодного. Иначе получается грязь». Следуя данным принципам, заложенным еще мастерами III века н.э. и поддержанным в эпоху Возрождения, Буртов создает серии своих работ «Крым», «Москва», «Провинция», «Италия», «Париж» и многие другие. Именно через цветовые соотношения и отражается неповторимая жизнь каждого пейзажа.

Полное владение цветом и тоном является преимуществом Н.В. Буртова. Его живописный язык вобрал в себя колористические находки европейских и русских художников. При этом опыт европейского импрессионизма был воспринят Николаем сквозь призму русской пейзажной традиции. Примером для него были выдающиеся мастера русского искусства – В.Ф. Стожаров, А.А. Пластов, В.Н. Гаврилов и, безусловно, К.А. Коровин. Многие работы Николая Владимировича вызывают аллюзии с живописью импрессионистов и К.А. Коровина. Это редкий случай совпадения художественного восприятия, видения, темперамента художников разного времени, разных поколений, когда выбранный стиль является единственно верным для передачи отношения к окружающему миру. Безусловно, у каждого творца свой путь. Важно отношение художника к профессии, желание делиться со зрителем своими переживаниями и размышлениями. Для живописца Николая Владимировича Буртова Россия является его судьбой, искусство – жизнью. Именно поэтому художник должен оставаться «честным перед собой, исподволь выплескивая на холст то, что его затронуло».

Полатовская Евгения, искусствовед

2012 г.